Дипломатический иммунитет в уголовном

Дипломатический иммунитет в уголовном thumbnail

Общая характеристика дипломатического иммунитета в уголовном праве

В основе формирования и развития международных, надгосударственных отношений и форм взаимодействия положен ряд основополагающих принципов, выступающих в качестве своеобразного фундамента правового регулирования отношений в соответствующей сфере. Одним из древнейших принципов международного права выступает принцип дипломатического иммунитета:

Определение 1

Дипломатический иммунитет в уголовном праве – важнейший принцип надгосударственного взаимодействия, предполагающий то, что должностные лица, представляющие интересы государства на иностранной территории не подпадают под юрисдикцию местных судов, правоохранительных и иных органов государственной власти.

Значение дипломатического иммунитета в настоящее время состоит в том, чтобы обеспечить возможность исполнения дипломатами должностных обязанностей, в условиях отсутствия опасений за личную свободу и безопасность, в связи с осуществляемой ими деятельностью. С этим, в том числе связано то, что дипломатический иммунитет на предназначен для личного использования, а выступает способом обеспечения исполнения служебных обязанностей дипломатическими работниками.

Готовые работы на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Узнать стоимость

Основным источником правового регулирования вопросов, связанных с установлением и обеспечением дипломатического иммунитета, в том числе в сфере уголовно-правового регулирования выступает Венская конвенция «о дипломатических сношениях» 1961 года, участниками которой, в настоящее время выступает 190 государств мирового сообщества. Таким образом, названная конвенция является авторитетным источником правового регулирования дипломатических отношений, реализация положений которого обеспечивается, помимо прочего, решениями Международных судебных органов.

Так, в соответствии с нормой ст. 31.1 вышеуказанной Венской конвенции, дипломатический агент полностью защищен от уголовной юрисдикции принимающего государства.

Правовая природа дипломатических иммунитетов в уголовном праве

В юридической науке всегда уделялось внимание анализу многовековой практики предоставления различных привилегий и иммунитетов посланникам иностранных государств. В этой связи, сформулировано несколько точек зрения относительно того какова действительная правовая природа дипломатических иммунитетов:

  1. Первая группа исследователей связывается установление дипломатических иммунитетов с действием принципа экстерриториальности, в соответствии с которым, территория дипломатического представителя в юридическом значении как бы находится на территории представляемого государства, следовательно, на соответствующую территорию и должностных лиц распространяется действие не правовой системы принимающего государства (в том числе уголовного законодательства), а национальной системы права;
  2. Вторая точка зрения активно поддерживалась в период расцвета абсолютных монархий, и заключалась в том, что посол является представителем монарха того государства, подданным которого он является, то есть как бы персонифицирует особу монарха на территории иностранного государства и пользуется соответствующими иммунитетами, поскольку монархи не обладают властью друг над другом;
  3. Представители третьей точки зрения – т.н. теории функциональной необходимости, обосновывают потребность в установлении дипломатических иммунитетов тем, что соответствующим должностным лицам (в первую очередь – главам иностранных посольств) фактически необходимо предоставление определенного количества дипломатических иммунитетов и привилегий, необходимых для обеспечения эффективного исполнения ими функций дипломатического представительства. Преимуществом данного подхода является то, что он позволяет ограничивать слишком широкие (т.е. выходящие за пределы необходимости) дипломатические привилегии, установленные в период абсолютизма и выступающие, своего рода, угрозой для внутригосударственного правопорядка и безопасности.

Замечание 1

Необходимо обратить внимание на то, что наиболее распространенной в современном международном праве, и воспринятом, в том числе в положения Венской конвенции 1961 года выступает теория функциональной необходимости дипломатических иммунитетов.

Правовое регулирование дипломатического иммунитета по уголовному законодательству РФ

Как известно, основным источников правового регулирования уголовно-правовых отношений в России выступает Уголовный кодекс РФ. Применительно к регулированию отношений, связанных с предоставлением дипломатического иммунитета УК РФ не является исключением и содержит в ч.4 ст. 11 правило о том, что вопрос об уголовной ответственности лиц, пользующихся дипломатическим иммунитетом, в случае совершения ими преступления на территории Российской Федерации решается в соответствии с нормами международного права. В свою очередь, в международном праве, в том числе в Венской Конвенции 1961 г. предусмотрено предоставление соответствующих уголовно-правовых иммунитетов:

  • Главам диппредставительств;
  • Советникам, атташе и их помощникам;
  • Торговым представителям и их заместителям;
  • и т.д.

Замечание 2

При этом круг соответствующих лиц может быть расширен по соглашению между отдельными государствами.
Кроме того, соответствующие привилегии предоставляются членам семей указанных выше лиц (не являющихся гражданами РФ) и проживающим с ними совместно.

Временные пределы действия дипломатических иммунитетов в области уголовного права также урегулированы положениям Венской Конвенции. Так, момент начала действия дипломатического иммунитета связан с моментом вступления соответствующего лица на территорию государства пребывания, а при нахождении на соответствующей территории – с момента сообщения о его назначении уполномоченному министерству (чаще всего – министерству иностранных дел).

Время прекращения действия соответствующего иммунитета определяется по общему правилу как момент оставления лицом страны пребывания.

Источник

Текущая версия страницы пока не проверялась опытными участниками и может значительно отличаться от версии, проверенной 26 марта 2014;
проверки требуют 11 правок.

Дипломати́ческий иммуните́т (от лат. immunitas «независимость; неподверженность») — это изъятие его бенефициара (носителя) из-под юрисдикции государства пребывания. В первую очередь носителями такого иммунитета являются глава дипломатического представительства и другие сотрудники из числа дипломатического персонала. Вместе с тем есть случаи, когда таким иммунитетом обладают лица, не входящие в дипломатический состав посольств.

Дипломатический иммунитет следует отличать от дипломати́ческих привиле́гий, которые представляют собой преференции (льготы), которыми наделяется соответствующее лицо при вступлении в некоторые правоотношения с государством пребывания: прежде всего, в налоговой, таможенной, миграционной сферах.

Источником дипломатического иммунитета является международный обычай, кодифицированный Венской конвенцией о дипломатических сношениях[1]. В развитие её положений национальное (главным образом, процессуальное) законодательство государств также регулирует вопросы дипломатического иммунитета. Так, в России положения о дипломатическом иммунитете содержатся в ст.401 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации от 14 ноября 2002 г. № 138-ФЗ в редакции от 6 февраля 2012 г.[2], ст.11 Уголовного кодекса Российской Федерации от 13 июня 1996 г. № 63-ФЗ в редакции от 7 декабря 2011 г.[3] В СССР вопросы дипломатического иммунитета регулировались Положением о дипломатических и консульских представительствах иностранных государств на территории СССР[4].

История института дипломатического иммунитета[править | править код]

В зачаточном состоянии данный институт существовал еще в древности. В Древнем Китае, древнегреческих полисах и древнеиндийских государствах личность послов считалась неприкосновенной. В Древней Индии пользовались неприкосновенностью также и посольские помещения. В тот период это было обусловлено, прежде всего, религиозными верованиями.[5] Кроме того, в указанных государствах царила стойкая убеждённость в том, что обеспечить мирные международные отношения и взаимодействие друг с другом по различным вопросам невозможно без предоставления иностранным послам и посредникам права безопасно передвигаться по территориям государств пребывания. Вместе с тем принцип личной неприкосновенности послов утратил былое значение в период расцвета Римской Империи, а позднее Византии — оба эти государства больше полагались на захватническую политику, нежели мирное сосуществование.

В современном смысле слова дипломатия возродилась лишь в конце средневековья, на заре Ренессанса. С появлением в XV веке постоянных посольских учреждений укрепился принцип неприкосновенности их помещений. С учетом особой роли церкви в рассматриваемый исторический период послы, продолжая пользоваться неприкосновенностью, стали считаться находящимися под её особым покровительством. В XVI веке — период ожесточённой религиозной розни — в практику государств вошли особая защита и иммунитет от уголовной юрисдикции послов, включая даже тех, которые подозревались в заговоре против аккредитовавших их суверенов. В данном контексте уместно сослаться на такой дипломатический казус. Испанский посол Мендоса в 1584 году был обвинён английским правительством в заговоре, имевшем целью свергнуть английскую королеву Елизавету. При этом возник вопрос, можно ли судить испанского посла в английском суде. Совет Королевы обратился за консультацией к известному итальянскому дипломату, правоведу, знатоку дипломатического права Альберико Джентили (автор трактата «Три книги о посольствах» 1585 г.)[6]. Тот дал заключение, что Мендоса должен быть подвергнут наказанию испанским сувереном, а следовательно, должен быть выслан из Англии. В результате провинившийся посол получил от английских властей приказ покинуть пределы Королевства.

Читайте также:  Эхинацея полезные свойства для иммунитета

В вестфальский период (1648—1815 гг.) развития международного права окончательное закрепление в форме международного обычая получили правила об иммунитете послов, сопровождающих их членов семей и персонала от гражданской и уголовной юрисдикции государств пребывания, равно как и правила о неприкосновенности посольских помещений. В рассматриваемый период повышенное внимание тематике дипломатического иммунитета уделяется в научных международно-правовых разработках (Г. Гроций, 1625 г., К. Бинкершок, 1721 г., Э. Ваттель, 1758 г.).

Версальский (1919—1945 гг.) период международного права ознаменовался попытками кодификации сложившихся к тому времени норм о дипломатическом иммунитете. Впервые такая кодификация была предпринята на региональном уровне — Гаванская конвенция о дипломатических служащих от 1928 г., участниками которой были государства Панамериканского союза. Вместе с тем эта Конвенция всё же не вполне адекватно отражала существующую на тот момент практику в области дипломатического права[7]. Более продуманным в этом отношении является Гарвардский проект конвенции о дипломатических привилегиях и иммунитетах 1932 года.

Первая универсальная кодификация обычных норм дипломатического права была предпринята уже в период современного международного права вспомогательным органом Генеральной Ассамблеи ООН — Комиссией международного права, результатом работы которой стала Венская конвенция о дипломатических сношениях от 18 апреля 1961 года. В ней зафиксированы не только сложившиеся к тому времени в дипломатической практике государств единообразные правила, но и новые правила, насчет которых у государств прежде не было единого понимания (речь, прежде всего, идет о привилегиях и иммунитетах младшего персонала посольств, исключений из иммунитета, а также статуса дипломатов, являющихся гражданами государства пребывания). Именно Венская конвенция стала тем универсальным инструментом, регулирующим отношения в области дипломатического права, в том числе и вопросы дипломатического иммунитета.

Содержание дипломатического иммунитета[править | править код]

Теоретической основой такого иммунитета является комбинированная функционально-представительская теория, нашедшая своё отражение в преамбуле Венской конвенции 1961 года. Согласно ей, в частности, «привилегии и иммунитеты предоставляются не для выгод отдельных лиц, а для обеспечения эффективного осуществления функций дипломатических представительств как органов, представляющих государства»[8]. В равной мере сказанное относится и к дипломатическим представителям, а также иным лицам, которые в силу договора или обычая также являются носителями дипломатического иммунитета.

Венская конвенция регулирует также вопросы иммунитета применительно к дипломатическим представительствам (посольствам) и дипломатическим представителям (агентам)

Дипломатические представительства[править | править код]

Одной из составляющих их иммунитета является неприкосновенность. В соответствии со статьёй 22 Венской конвенции помещения дипломатического представительства неприкосновенны. При этом к помещениям представительства, согласно статье 1 Венской конвенции, относятся здания или части зданий, используемые для целей представительства, включая резиденцию главы представительства, кому бы ни принадлежало право собственности на них, включая обслуживающий данное здание или часть здания земельный участок. Таким образом, помещения представительства неприкосновенны независимо от того, находятся ли они в собственности аккредитующего государства или на праве аренды (либо ином вещном/обязательственном праве), а также от того, представляют ли эти помещения обособленное здание, комплекс зданий или только часть здания (в последнем случае в целях обеспечения неприкосновенности эта часть должна быть оборудована отдельным входом). Соответственно власти государства пребывания, во-первых, не могут вступать в помещения представительства иначе, как с согласия его главы. Во-вторых, на государстве пребывания лежит специальная обязанность предпринимать все надлежащие меры для защиты помещений представительства от всякого вторжения или нанесения ущерба и для предотвращения всякого нарушения спокойствия представительства или оскорбления его достоинства. Иногда для обеспечения охраны посольств выделяются силы местных правоохранительных органов.

Неприкосновенность помещений дипломатического представительства предполагает невозможность вручения судебных повесток и передачи судебных приказов как внутри самих помещений, так и, что называется, на пороге. Передача таких документов должна осуществляться иным способом (посредством почтовой связи, через местное министерство иностранных дел). Кроме того, неприкосновенность помещений подразумевает иммунитет от обыска, ареста, реквизиции и исполнительных мер. Данный иммунитет распространяется и на предметы обстановки и мебель внутри помещений.

В случае с помещениями иммунитет и неприкосновенность совпадают.[9]

Иные бенефициары дипломатического иммунитета[править | править код]

  • Главы государств
  • Главы правительств
  • Министры иностранных дел
  • Должностные лица международных организаций

См. также[править | править код]

  • Иммунитет государства
  • Дипломатическое право

Примечания[править | править код]

  1. ↑ Иммунитет дипломатический // Казахстан. Национальная энциклопедия. — Алматы: Қазақ энциклопедиясы, 2005. — Т. II. — ISBN 9965-9746-3-2.
  2. ↑ Собрание законодательства Российской Федерации, 2002 г., № 46, ст. 4532.
  3. ↑ Собрание законодательства Российской Федерации, 1996 г ., № 25, ст. 2954.
  4. ↑ Утверждено Указом Президиума Верховного Совета СССР от 23 мая 1966 г. № 4961-VI.
  5. ↑ Международное право: учебник/под ред. А. Н. Вылегжанина.-М.: Юрайт, 2011. -С.50-54.
  6. ↑ Зонова Т. В. Настольная книга дипломатов//Дипломатический вестник. — 2001. #8. -С.24-25
  7. ↑ Е.Denza, Introduction to the Vienna Convention on Diplomatic Relatins, 18 April 1961
  8. ↑ Венская конвенция о дипломатических сношениях (неопр.). www.un.org (Принята 18 апреля 1961 года). Дата обращения 21 декабря 2016.
  9. ↑ Report of the Commission to the General Assembly. Yearbook of the International Law Commission, 1958, vol.II.-P.95.

Источник

Дипломатический иммунитет

Дипломатический иммунитет является одним из старейших принципов международного права, согласно которому некоторые должностные лица иностранных правительств не подпадают под юрисдикцию местных судов и других органов власти. Понятие иммунитета началось с обычаев древних племен. Для обмена информацией посланникам разрешалось проходить по территории другого племени, не опасаясь причинения вреда. Они были защищены даже в том случае, когда приносили плохие вести. Сегодня иммунитет защищает каналы дипломатического общения, освобождая дипломатов от юрисдикции местной власти, чтобы, исполняя свои обязанности, они могли не опасаться за личную свободу и безопасность. Дипломатический иммунитет не предназначен для личного пользования; он призван обеспечить условия, необходимые для эффективного осуществления своих функций иностранными официальными лицами. В соответствии с концепцией взаимности дипломаты, назначенные любым государством мира, в равной степени пользуются дипломатическим иммунитетом.

Иммунитет от юрисдикции ранее устанавливался нормами международного обычного права. Однако в современной практике вопросы, связанные с дипломатическим иммунитетом, регулируются положениями Венской конвенцией о дипломатических сношениях 1961 года. Важно подчеркнуть, что нормы международного обычного права продолжают применяться, если какой-либо вопрос не урегулирован Венской конвенцией.

В настоящее время 190 государств являются участниками Венской конвенции. Даже для незначительного числа не участвующих в ней государств Конвенция представляет собой авторитетный источник дипломатического права, что в значительной мере подкрепляется решениями Международного суда. Тем не менее, порядок толкования и применения Конвенции может в некоторой степени варьироваться от государства к государству. Поэтому всем членам дипломатических представительств и их местным юрисконсультам необходимо детально ознакомиться с практикой и процедурами принимающего государства, которые как правило составляют специальные рекомендации.

Читайте также:  Повышение иммунитета по методу

Теоретическое обоснование дипломатического иммунитета.

Многовековая практика государств предоставлять привилегии и иммунитеты посланникам других государств всегда представляла интерес для правоведов, которые создали множество различных теорий, пытаясь обосновать и объяснить этот факт. Наибольшее распространение получили три теории, которые в той или иной степени раскрывают юридическую природу, предоставляемых дипломатам иммунитетов и привилегий: теория экстерриториальности, теория представительного характера посла и теория функциональной необходимости.

Теория экстерриториальности.

Теория экстерриториальности объявляет территорию, занимаемую дипломатическим представительством, частью территории принимающего государства; посол и персонал представительства, находясь в стране пребывания, как бы продолжают оставаться на территории представляемого государства. Из этого следует логический вывод о том, что всякое посягательство на экстерриториальный статус должен рассматриваться как нарушение территориальной целостности представляемого государства.

Теория экстерриториальности вызывает критическое отношение со стороны специалистов по дипломатическому праву. Прежде всего потому, что данная теория не может объяснить некоторые конкретные аспекты статуса дипломатического агента, такие, например, как его обязанность уважать законы и правила государства пребывания, возможность государства пребывания отказаться от иммунитета или от обязанности защищать иностранных дипломатов. Хотя теория экстерриториальности имела некоторые разумные основания в прошлом, но она отжила свой век и находится в противоречии с принципами современного международного права, так как ее последовательное применение приводит к ложным выводам, таящим опасность для внутреннего правопорядка государства, принимающего иностранного посла.

Теория представительного характера посла.

Теория представительного характера посла, сложившаяся в период абсолютизма, утверждает, что посол персонифицирует особу монарха и пользуется иммунитетами, поскольку монархи не обладают властью друг над другом. Считалось, что посол несет в себе честь и престиж своего суверена, являясь alter ego своего государя. Такое представление в условиях существования постоянных посольств помогало обосновывать не только иммунитет от юрисдикции местной власти, но и церемониальные привилегии послов.

В конце XIX – начале XX века, после смены понятия суверенитета монарха на суверенитет государства, теория представительного характера посла претерпела определенное видоизменение. Современные сторонники данной теории считают, что посол, олицетворяющий свое государство или правительство, пользуется дипломатическим иммунитетом в силу принципа суверенного равенства государств.

Теория представительного характера явно противоречит практике, поскольку позволяет обосновать иммунитеты и привилегии лишь главы дипломатического представительства. Весь остальной персонал посольства, а также члены их семей на основе этой теории не должны пользоваться иммунитетами. Кроме того, в соответствии с данной теорией иммунитеты распространяются лишь на официальные действия посла, в то время как иммунитеты в отношении его частных действий не согласуются с этой теорией.

Теория функциональной необходимости.

Теория функциональной необходимости заключается в том, что дипломатические агенты, и прежде всего глава посольства, наделяются необходимым объемом иммунитетов и привилегий для обеспечения эффективного выполнения функций дипломатического представительства. Данная теория, рассматривавшаяся как панацея от злоупотребления иммунитетом, позволяла ограничить широкие дипломатические привилегий, установившихся в период абсолютизма, и ставшие считаться опасными для внутреннего правопорядка и законности.

Однако, теория функциональной необходимости не способна объяснить наличие у дипломатических агентов налоговых и таможенных привилегии. Неясным остается и вопрос, связанный с предоставлением иммунитетов и привилегий членам семьи дипломатического агента. Тем не менее, данная теория получила наибольшее распространение рамках современного дипломатического права и закреплена в Венской конвенции 1961 года, где подчеркивается, что «дипломатические привилегии и иммунитеты предоставляются не для выгод отдельных лиц, а для обеспечения эффективного осуществления функций дипломатических представительств».

Иммунитет от юрисдикции.

Дипломатический агент полностью защищен от уголовной юрисдикции принимающего государства (ст. 31.1 Венской конвенции). Этот иммунитет непосредственно связан с неприкосновенностью его личности.

Позиция в отношении гражданской и административной юрисдикции несколько отличается. Эта юрисдикция включает, по сути, всю юрисдикцию, которая не является уголовной, хотя классификация правонарушения в качестве уголовного в различных странах отличается. Парковка и другие незначительные нарушения правил дорожного движения обычно не считаются уголовными преступлениями. Иммунитет охватывает все гражданские и административные вопросы, которые касаются дипломатического агента, включая развод и опеку над детьми. Однако статья 31.1 предусматривает некоторые исключения.

Исключение a: частное недвижимое имущество на территории государства пребывания.

Дипломатические агенты не обладают иммунитетом в отношении гражданских исков, касающихся права собственности на землю и зданий на земельных участках или права владения ими. Однако, даже если суд должен вынести решение о выселение дипломатического агента, неприкосновенность его места жительства (если не будет отменена) станет препятствовать исполнению приказа (ст. 30). Практика государств в отношении вопросов, связанных с взысканием арендной платы или других подобных обязательств, может быть различной.

Исключение b: наследование в частном порядке.

Дипломатические агенты не обладают иммунитетом, если участвуют в качестве частного лица, а не от имени аккредитующего государства, в гражданском судопроизводстве, связанном с наследственным имуществом.

Исключение c: частная профессиональная или коммерческая деятельность.

Дипломатические агенты не обладают иммунитетом в отношении гражданских исков, касающихся любой профессиональной или коммерческой деятельности, осуществляемой помимо своих официальных функций. Дипломат, написавший в свое свободное время книгу, порочащую чью-либо честь и достоинство, не будет иметь иммунитета в отношении иска о диффамации. Как правило, такая деятельность должна иметь продолжительный характер. Вероятно, под данное исключения подпадают и крупные одноразовые сделки, например, спекулятивные покупки земли или инвестиции в ценные бумаги. Хотя статья 42 запрещает дипломатическим агентам заниматься профессиональной или коммерческой деятельностью «в целях личной выгоды», она не запрещает полностью всю оплачиваемую работу. Исключение, содержащееся в статье 31.1.c, предназначено для защиты интересов лиц, ведущих с дипломатами дела, связанные с получением дохода, будь то в нарушение запрета или с согласия принимающего государства. Исключение относится также к работающему супругу дипломатического агента.

Иммунитет в отношении исполнительных мер.

Даже если аккредитующее государство откажет дипломатическому агенту в иммунитете от юрисдикции, судебное решение, вынесенное против частного лица, частной резиденции или частной собственности иммунного лица, не может быть приведено в исполнение (статьи 31.3, 29 и 30). На данный иммунитет распространяются три исключения статьи 31.1, в случае которых имущество дипломата может быть конфисковано, если не будет нарушена неприкосновенность его личности или его резиденции. Прикрытие дипломатическим иммунитетом и неприкосновенностью для уклонения от юридических обязательств может оказаться серьезной проблемой и привести к тому, что принимающее государство потребует покинуть страну.

Отказ от иммунитета.

Дипломатический иммунитет предназначен для обеспечение эффективного выполнения функций дипломатического представительства, а не для личной выгоды его носителя. Таким образом, лицо, пользующееся дипломатическим иммунитетом, не может полностью от него отказаться самостоятельно. Это может сделать только аккредитующее государства (ст. 32.1). Принимающее государство в соответствии с собственным законодательством определяет, действительно ли представляемое государство оказалось от иммунитета в отношении дипломатического агента. Отказ от иммунитета главы дипломатического представительства обычно считается действительным, если он не оспаривает его; в большинстве государств необходима санкция главы представительства для отказа от иммунитета кого-либо из его сотрудников.

Читайте также:  Настой шиповника поднимает иммунитет

Отказ от дипломатического иммунитета должен быть определенно выражен, то есть не может быть подразумеваемым (ст. 32.2). Таким образом, если лицо, пользующееся иммунитетом, принимает участие в гражданском или уголовном процессе в качестве обвиняемого без выраженного отказа, судебное решение будет ничтожным. Согласие на неформальное или добровольное участие в судебном разбирательстве не означает отказ от иммунитета.

С другой стороны, если дипломатический агент, пользующийся иммунитетом, инициирует гражданское судопроизводство, он лишается права ссылаться на свой иммунитет в отношении встречных исков, непосредственно связанных с основным иском (ст. 32.3). Однако, если он начнет судебное разбирательство, не зная о своем иммунитете, он вправе отменить разбирательство.

В гражданском и административном судопроизводстве отказ от иммунитета в отношении исполнения решения требует особого отказа (ст. 32.4). Это не относится к уголовному судопроизводству, вероятно, поскольку в данном случае наказание неотделимо от признания вины, и практика государств, похоже, это подтверждает.

Освобождение от социального страхования.

Поскольку дипломатический агент по-прежнему подпадает под действие законодательства о социальном обеспечении представляемого государства, он освобождается от обязательств по социальному обеспечению принимающего государства (ст. 33.1). Домашние работники, находящиеся исключительно на службе у дипломата, также освобождаются от соцстрахования, если они не являются гражданами государства пребывания или не проживают в нем постоянно и на них распространяется социальное обеспечение представляемого государства или третьего государства (ст. 32.2). Но если это изъятие не применяется, дипломатический агент должен выполнять обязанности, возлагаемые на работодателей согласно местному законодательству о социальном обеспечении (ст. 32.3). Даже если член дипломатического корпуса освобождается от участия в системе соцобеспечения государства пребывания, он может участвовать в ней на добровольной основе, если это допускается местным законодательством (ст. 32.4).

Освобождение от налогообложения.

Хотя дипломатические агенты по-прежнему облагаются налогом со стороны представляемого государства, в принимающем государстве они освобождаются от «налогов, сборов и пошлин, личных и имущественных, государственных, районных и муниципальных» (ст. 34). Это освобождение является очень широким и включает как прямое, так и косвенное налогообложение. Но данная норма содержит важные исключения:

  1. Косвенные налоги, которые обычно включаются в цену товаров или обслуживания. Основными видами косвенного налога являются налоги на добавленную стоимость и налоги с продаж. Данное исключение интерпретируется двумя способами. Некоторые государства не предоставляют общее освобождение от налога на добавленную стоимость, даже если сумма рассчитывается на месте продажи. Многие государства придерживаются противоположного мнения и либо выдают карточки, предоставляющие освобождение от налога, либо применяют процедуры возврата. Другие государства производят возмещение за покупку дорогостоящих товаров.
  2. Сборы и налоги на частное недвижимое имущество, находящееся на территории государства пребывания, если он не владеет им от имени аккредитующего государства для целей представительства. Хотя сфера применения данного исключения не до конца определена, в соответствии с практикой государств с 1961 года в большинстве государств резиденции дипломатических агентов освобождаются от местных налогов на недвижимое имущество, иногда на основе взаимности (см. ст. 47.2.b). Жилые помещения, используемое для частных целей, такие как дачные коттеджи, не подлежат освобождению.
  3. Налоги на наследство и пошлины на наследование, взимаемые государством пребывания, с изъятиями, предусмотренными в пункте 4 статьи 39. Налог на наследство и пошлины на наследование не взимаются с принадлежавшего умершему дипломату движимого имущества, наличие которого обусловлено исключительно исполнением официальных обязанностей.
  4. Сборы и налоги на частный доход, источник которого находится в государстве пребывания, и налоги на капиталовложения в коммерческие предприятия в государстве пребывания. Дипломаты не освобождаются от местных налогов на инвестиции.
  5. Сборы, взимаемые за конкретные виды обслуживания. Представляемое государство оплачивает лишь ту часть местных налогов, которая идет на оплату финансируемых за счет налогов услуг, которые будут полезными самому представительству: благоустройство улиц, освещение и уборка прилежащей территории, а также пожарную охрану. Хотя представительство пользуются услугами полицейской охраны, но, так как в соответствии со статьей 22 государство пребывания обязано обеспечивать защиту, оно не несет ответственности за данную услугу.
  6. Регистрационные, судебные и реестровые пошлины, ипотечные сборы и гербовые сборы в отношении недвижимого имущества, с изъятиями, предусмотренными в статье 23. Сборы и пошлины относятся к сделкам с недвижимым имуществом, то есть с участками земли и строениями. Оговорка о статье 23, которая освобождает помещения представительства от всех налогов, за исключением тех, которые представляют собой оплату за конкретные виды обслуживания, означает, что, например, если сбор за регистрацию перехода права собственности не соответствует стоимости оказания данной услуги и, следовательно, представляет собой особую форму налога, дипломатический агент освобождается от его уплаты или, по крайней мере, от уплаты избыточной суммы.

Освобождение от повинностей.

Статья 35 освобождает дипломатического агента от всех трудовых и государственных повинностей (например, участия в жюри присяжных), а также военных повинностей, в том числе реквизиций, контрибуций и расквартирования солдат.

Освобождение от таможенных пошлин и досмотров.

Эти изъятия имеют существенное практическое значение и могут являться источником проблем, с одной стороны, из-за желания принимающего государства предотвратить злоупотребление такими серьезными привилегиями, с другой стороны, из-за возникающего у дипломата соблазна воспользоваться этими привилегиями в личных интересах.

Освобождение от таможенных сборов.

Согласно статье 36.1 Венской конвенции принимающее государство должно разрешить свободный ввоз и освободить от таможенных пошлин, налогов и связанных с ними сборов, кроме сборов за обслуживание, «предметы, предназначенные для официального пользования представительства» и «предметы, предназначенные для личного пользования дипломатического агента или членов его семьи, живущих вместе с ним, включая предметы, предназначенные для его обзаведения». Глава представительства и представляемое государство, действуя в духе доброй совести, в праве самостоятельно определять, что именно относится к указанным предметам; в наши дни к ним могут относиться даже строительные материалы, необходимые для ремонта помещений представительства. Однако принимающее государство может не разрешать ввозить предметы, подлежащие общему запрету на импорт (см. ст. 41). Поскольку Конвенция не содержит привилегий в отношении вывоза, любой запрет на экспорт определенных предметов, таких как предметы антиквариата, в равной степени относится и к представительству, и к его персоналу.

Освобождение от таможенного досмотра.

Согласно статье 36.2 личный багаж дипломатического агента в целом не подлежит таможенному досмотру, но принимающее государство имеет право проверить его при наличии серьезных оснований предполагать, что в нем содержатся «предметы, на которые не распространяются изъятия, упомянутые в пункте 1 настоящей статьи, или предметы, ввоз или вывоз которых запрещен законом или регулируется карантинными правилами». Досмотр должен проводиться в присутствии дипломата или